В Оренбурге простились с Софьей Семёновной Радушиной

Её уход не стал для нас громом среди ясного неба. Мы, как и она, знали о тяжёлой болезни, но подготовиться к разлуке не получилось. Как-то не верилось, что когда-нибудь её не станет... Не верится и сейчас.

Каждый, кто когда-то работал с Радушиной, называет себя её учеником. Так уж вышло, что все ученики разом осиротели.

Её фраза «я просто люблю людей», уже тоже вошла в историю! А уж как они любили её. Никому из нас так часто не писали и не звонили телезрители, рейтингам её программ можно было только завидовать.

Ради этого желания помочь она сворачивала горы! Не имея своих людей во власти, оставалась одним из самых влиятельных журналистов Оренбуржья. Любое задуманное дело всегда доводила о конца, даже когда казалось: идея обречена! Умела стоять на своём, но не ради себя, ради города или области. Ради тех самых людей, в любви к которым так часто признавалась. Радушина не была удобным журналистом, скорее наоборот. Но за это её уважали, слушали и слышали. Например, мало кто верил, что когда-нибудь в областном центре все же появится памятник детям войны. А он появился. Пусть и после семи лет мытарств.

Эпохой, легендой, брендом Оренбургской журналистики её называли и при жизни. Не за слова, не за то, что жгла глаголом. За поступки. За фанатичную преданность русскому языку и войну, объявленную безграмотности. За то, что помогла оренбуржцам вспомнить давно забытое. И о Мстиславе Растрпоповиче, и об его отце. За музей памяти Гагарина, за то, что на день рождения подарила городу самое дорогое: свой видеоархив. Но самое удивительное: в коллективе наша легенда никогда не вела себя как легенда. И даже если мы дурачились, она дурачилась вместе с нами.